Пустыня внемлет Богу?

“Экономические стратегии”, №1-2005, стр. 05

С какой-то чудовищной неизбежностью и повторяемостью мы – как страна, как народ – попадаем в ситуации, когда вопрос ставится ребром, по-гамлетовски. С какой-то роковой и регулярно обнаруживаемой настойчивостью мы перестраиваемся на новый лад, беспощадно и нелепо отметая “старый мир” и стремясь все начать заново. С какой-то бесчеловечной бесшабашностью новые поколения разламывают все, что составляло смысл бытия отцов и дедов, не замечая “потери бойца”…

Энергия будущего

“Экономические стратегии”, №8-2004, стр. 05

Как в бесчисленном и бесконечном наборе проблем, опутывающих каждого из нас, ячейки, сообщества, организации и страны, найти главное? Как, явно или неявно устремляя свою жизнь к неким целям, избежать приверженности “обманному блеску иллюзий”? Как достойно распорядиться изначально данной, но не сразу открывающейся нам свободой выбора? Иначе говоря, как “сквозь время и пространство в вечность проникать как личность”?

Палитра героизма

“Экономические стратегии”, №7-2004, стр. 05

В 1980-е годы один известный фильм имел рабочее название “Исследование подвига”. Разумеется, подобная постановка вопроса была неуместна в тех идеологических обстоятельствах, и фильм назвали “Остановился поезд”. Коряво, хотя и многозначительно. Сюжет фильма разворачивается вокруг крушения поезда и его последующих интерпретаций – следственной, бытовой и пропагандистской. Основной конфликт разгорается между стремлением партийных чиновников представить происшедшее как “подвиг машиниста” и неумолимым умозаключением следователя о том, что за всем этим стоит элементарная расхлябанность, халатность, преступная безответственность и работников, и их руководителей в особенности. Расплачиваться же за все это, в том числе жизнями, будут машинисты, чьи юные лица смотрят на нас с экрана – безропотно, но с надеждой. Как декларировал хит того времени – “у нас героем становится любой…”.

Отражение варварства

“Экономические стратегии”, №5-6-2004, стр. 07

За кулисами всякой стратегии рано или поздно обнаруживается моральный выбор стратега. Не прагматичная “цена вопроса”, не легковесные этюды логической акробатики и риторической казуистики в обосновании “непростых” решений, а настоящие “моменты истины”, вопросы ребром – “или-или”, когда на весах честь или бесчестие, слава или позор, свобода или рабство, а в конечном счете – жизнь или смерть. Расплата за неверный, морально или юридически преступный выбор наступает всегда, хотя и не обязательно по свежим следам содеянного. В этом смысле можно различать стратегии благотворные и неблаготворные. Выбор между ними и составляет сердцевину стратегического решения.

Ход конём

“Экономические стратегии”, №4-2004, стр. 05

Есть одно залихватское определение стратегии: “…это когда у тебя кончились патроны, а ты продолжаешь стрелять, чтобы противник не заметил твоих затруднений”. С некоторыми натяжками эта формула охватывает весь набор классических (древнекитайских) и неклассических стратагем, или приемов военной, деловой, политической и житейской хитрости. В самом деле, тот, кто чувствует себя уверенно сильнее всех окружающих, не должен бы нуждаться в ухищрениях для достижения победы на любом театре действий, а всякого рода увертки, хитрости, “загогулины” – удел априорно слабых. Ведь только в ситуациях заведомого проигрыша или неочевидных слабостей и преимуществ, неопределенности мотивов и ресурсов игроков возникает необходимость зондажа, “разведки боем”, выдумывания и применения тех или иных хитростей. Не потому ли стратегии и стратагемы – удел тех, кому противопоказана самоуверенность?

Эпицентр тяжести

“Экономические стратегии”, №3-2004, стр. 05

В управленческой науке, как и повсюду, есть своя мода и свои законодатели мод. “Домом Версаче” управленческого мышления заслуженно признается Harvard Business Review (HBR).

©Бой часов

“Экономические стратегии”, №2-2004, стр. 05

Мы хорошо, казалось бы, знаем, что “всему свое время”. Но осознание своевременности событий – с трудом дающийся навык. Еще с большим трудом осваивается способность действовать в свое время, а тем более работать “на завтра”, отвечать ожиданиям будущего.